Кохут: психология Я-функций

Хайнц Кохут – основатель нового направления в современном психоанализе – психологии самости. К сожалению, в русском нет подходящего слова для перевода английского слова «self». В русском не говорят «себь», говорят – собой, о себе, для себя. Психология Кохута – это психология «себяния». В различных сочетаниях с другими словами в профессиональной литературе используются такие эквиваленты «себяния» как Я-объект, объект самости, самоуважение, любовь к себе, самолюбие, самостно-объектный перенос и другие варианты. Неплохим вариантом является существительное «самость», однако здесь возникает проблема различения «самости» у Юнга и «самости» у Кохута.

 

Кохут: психология Я-функций

Хайнц Кохут – основатель нового направления в современном психоанализе – психологии самости. К сожалению, в русском нет подходящего слова для перевода английского слова «self». В русском не говорят «себь», говорят – собой, о себе, для себя. Психология Кохута – это психология «себяния». В различных сочетаниях с другими словами в профессиональной литературе используются такие эквиваленты «себяния» как Я-объект, объект самости, самоуважение, любовь к себе, самолюбие, самостно-объектный перенос и другие варианты. Неплохим вариантом является существительное «самость», однако здесь возникает проблема различения «самости» у Юнга и «самости» у Кохута.

Кохут говорит о двух процессах, которые составляют суть развития самости в детстве и способствуют формированию прочной, надёжной самости, которая «крепка и лепка». Кохут выдвигает гипотезу, что влечения не являются определяющими в мире переживаний ребёнка. Он постулирует существование двух психических функций:

  • Самоутверждения.
  • Восхищения идеалом.

Если самоутверждение ребёнка (Вау! Посмотрите какой я, как я прыгаю, какой рисунок я нарисовал!) остаётся без ответа «зеркально отражающего объекта самости» (простыми словами, человека, который УВИДЕЛ, как ребёнок прыгал или что он нарисовал и ВЫРАЗИЛ ОТНОШЕНИЕ к этому), развитие ребёнка нарушается. Ребёнок отказывается от своего здорового эксгибиционизма. Его убежищем становится частичный эксгибиционизм (тогда символами величия становятся струя мочи, фекалии или фаллос, но не Я в целом).

Если желание ребёнка слиться с идеализируемым и всемогущим «объектом самости» не реализуется из-за слабости или по причине отказа со стороны родителя допустить слияние с его силой и величием, тогда опять-таки здоровое и безмятежное наивное восхищение ребёнка исчезает, психологическая структура здорового Я разрушается, и остаётся только сексулизированный вуайеристский интерес к изолированным символам власти взрослого человека (к пенису, груди).

Психодинамические теории Кохута применительно к психиатрии представлены в соответствующем разделе «Роршахианы».


Цитируем по книге:
Кохут Х. Восстановление самости. – М: Когито-центр, 2002. – 316 с.


Более чем вероятно, что ранние элементы самости в основном формируются в отношениях с материнским объектом самости. Зеркально отражающее принятие матери подкрепляет ядерную грандиозность. Материнская забота способствует переживанию слияния с идеализированным всемогуществом объекта самости. Приобретённые элементы могут в дальнейшем относиться к родительским фигурам любого пола.

Кроме того, возможно, что чувство непрерывности самости, чувство того, что мы остаёмся одним и тем же человеком на протяжении всей жизни, несмотря на изменения в нашем теле и психике, в структуре нашей личности, в окружении, в котором мы живём, возникает не только вследствие неизменного СОДЕРЖАНИЯ элементов ядерной самости и ДЕЙСТВИЙ, сформировавшихся в результате их подавления и контроля, но вследствие неизменных специфических ОТНОШЕНИЙ, в которых находятся между собой элементы самости.

Если мы перейдём от теоретических формулировок к реальному опыту, то сможем сказать, что здоровый человек приобретает чувство своей неизменности и идентичности во времени из двух источников: одного – поверхностного, другого глубокого. Поверхностный источник связан со способностью – важной и присущей только человеку интеллектуальной способностью – занимать историческую позицию: осознавать себя в своих воспоминаниях о прошлом и проецировать себя в воображаемое будущее. Но этого недостаточно. Если другой, более глубокий источник чувства неизменной идентичности высыхает, то все попытки воссоединить фрагменты самости при помощи воспоминаний о былых вещах терпят неудачу.

Чувство устойчивой идентичности в рамках реальности, которая устанавливает нам пределы времени, меняет нас и в конечном счёте определяет нашу недолговечность, не основано целиком на сохраняющихся всю жизнь наших базисных стремлениях и идеалах – даже они иногда меняются, не приводя к потере ЧУВСТВА НЕПРЕРЫВНОСТИ.

Чувство устойчивой идентичности по оси времени – отличительный признак здоровой самости – формируется в раннем возрасте благодаря наличию постоянного градиента напряжения, существующего между двумя главными элементами ядерной самости.

Термин «градиент напряжения» касается отношений, в которых элементы самости связаны между собой, — отношений, которые являются специфическими для самости индивида. Он указывает на наличие стимулирующих действий условий, появляющихся «между» амбициями человека и его идеалами. Это реальный поток психологической деятельности, возникающей между двумя полюсами самости, то есть базальные цели человека, к которым «влекут» его амбиции и «ведут» его идеалы.

Ребёнок располагает двумя возможностями на пути к консолидации самости. В целом две эти возможности связаны с установлением у ребёнка связной грандиозно-эксгибиционистской самости (благодаря его взаимодействию с эмпатически реагирующим, зеркально отражающим и одобряющим объектом самости, с которым происходит слияние), с одной стороны, и с установлением у ребёнка целостного идеализированного имаго родителей (благодаря его взаимодействию с эмпатически реагирующим родительским объектом самости, который допускает идеализацию и слияние с ним ребёнка и испытывает при этом настоящую радость), — с другой.

Развитие часто протекает – особенно у мальчика – от зеркально отражающей матери к идеализированному отцу. Однако нередко бывает, особенно у девочки, что последовательно активизированные потребности ребёнка направлены на одного и того же родителя. И, наконец, в особых обстоятельствах ребёнок вынужден иногда обращаться к родителям в обратном порядке (от зеркально отражающего отца к идеализированной матери).

Однако, если говорить о самости в целом, СИЛА ОДНОГО ЭЛЕМЕНТА ЧАСТО СПОСОБНА ВОЗМЕСТИТЬ СЛАБОСТЬ ДРУГОГО. В терминах психологии развития неудача, пережитая на первом этапе жизни, может быть исправлена успехом на втором. Когда эксгибиционистский компонент ядерной самости (чувство собственной ценности ребёнка, связанное с его амбициями) не может консолидироваться, её вуайеристский компонент (чувство собственной ценности ребёнка, связанное с его идеалами) может всё же придать ей устойчивую форму и структуру.

Определение биполярности ядерной самости и соответствующих принципов её развития является не более чем схемой. С её помощью мы можем понять многие оттенки и разновидности или типы ядерной самости (амбициозная или идеалистическая, харизматическая или мессианская, ориентированная на задачу или гедонистическая), оценить её относительную прочность, шаткость или уязвимость.
Реконструкция определённых особенностей патогенной личности родителей, патогенной атмосферы в семье ребёнка и установление динамической связи между этими генетическими факторами и определёнными нарушениями личности пациента чаще всего и составляет главную задачу психоанализа.

© Бермант-Полякова О.В.

You may also like...